Каждый мирный митинг, проведенный оппозицией — еще одно доказательство того, что побоище 06.05.2012 было провокацией властей, за которую сидят в тюрьме непричастные люди.
Давно я хотел побывать на таких митингах, но не мог. Они — по воскресным дням, а я не могу. Не хочу распространяться, но есть причины. В рабочий день вечером — совсем другое дело.
Люди приличные, обстановка дружелюбная. Юноши, девушки, мужчины, женщины, семейные пары, старички. Самая разная публика, но нет никаких громил, никаких боевиков. Те же самые люди и год назад здесь были, и так бы оно все и год назад прошло мирно, если бы властям не понадобилась провокация. В интернете опубликован, в нем все описано, и как ОМОН проход перекрыл без предупреждения, и как бросился людей избивать. За это преступление почему-то сидят не те, кто его реально организовал, а случайные люди, попавшиеся под руку. Их оклеветали, вменили несуществующие вины. И вот уже год держат в тюрьме. Целые бригады следователей занимаются не раскрытием уголовных дел, а сочиняют фальсификации.
За прошедший год оппозиция провела целую череду митингов. Никаких происшествий. И все просто только потому, что власть более не применяет силу против мирных демонстраций, не бросает ОМОН на избиения.
Это ли не доказательство невиновности оппозиции? Это ли не доказательство вины людей, командовавших полицейским спецназом на Болотной площади в 2012 году?
Гость: Гость: Гость, задолбал и ты, и твой фанг, как будто и поговорить не о чем. Прям свет клином сошёлся на этом фанге.
Гость: Коллега, ответ был не тибе, ты протиф свабоды слова? Тость отвечая я должен думать и о тибе?
Калека, ты в прямом эфире, твоя свобода как хомут. Фанг склочный утырок, спору нет, но ты им уже реально достаёшь, как и тем, что коверкаешь слова. Отвечая, думай о читающих.
Ольга Туханина Не люблю, когда заголовки меняют. Мой был: «А теперь хотелось бы послушать начальника транспортного цеха».
Психологически популярность именно такого протеста вполне объяснима. Позиция называется — «мне все должны». Кто-то должен обеспечить жизнь, как в Европе. Большую зарплату, три машины в гараже и отпуск по пять раз в год на Канарах. Ведь мы этого достойны. Вместо этого приходится по двенадцать часов просиживать перед монитором, тащить на себе кучу кредитов и вылизывать, простите, пятую точку начальника отдела. О нем не напишешь в Фейсбуке, что он племянник директора фирмы, тупой как пробка и всем мешает. Зато можно написать про Путина. Можно выйти на площадь и крикнуть: «Мы здесь власть!». Хотя ваша власть — любой клерк рангом чуть выше, чем вы сами.
Но удобная позиция вечных контролеров и критиков, т. н. «гражданского общества», закончилась сразу, как на площади стали выходить не тысячи, а десятки тысяч человек. С большими массами уже надо было брать власть. Для этого, собственно, все и затевалось. Поскольку не получилось нахрапом сразу, то со временем начали вылезать все несовместимости двух позиций. Первая: я — гражданин, хочу контролировать власть, выньте да положьте, все мне должны, сделайте мне красиво. Вторая: я готов сам взять власть в свои руки и тогда я сам сделаю красиво и себе, и всем остальным. Первая позиция не нуждается ни в каких обоснованиях, как не нуждается в обоснованиях скандал возле кассы в супермаркете. Вторая позиция требует идеологии, стратегии, плана, коммуникаций с обществом. Ничего этого лидеры протеста за долгое время нам не продемонстрировали.
Есть наиболее заметная (благодаря наличию денег и медиа-ресурсов) часть единого либерального клана. Но в него входят люди, достаточно далекие от реальных российских проблем. И то, что их лидеры «спустили протест на тормозах», говорит как раз о том, что они ощутили свою чужеродность.
Вторая составляющая оппозиции — пока еще молчаливое большинство России, недовольные властями по социально-экономическим и патриотическим причинам. Пока их протест не оформлен организационно, — прежде всего, потому что государство прилагает максимальные усилия, не давая ему развиться.
Думаю, что следующая волна протеста будет уже социально-экономической. И пока политика федеральной власти ведет к тому, что он будет массовым.
В инсталляции ставить электронное табло? Делать стену из цветов? Да недешево. Плюс охрана, чтоб не сперли. Но самое главное — властный ресурс. Чтобы разрешили. Ибо в стране, где власти запрещают монстрации, парады зомби и «демонстрации игрушек», выставить картонные фигуры с электроникой (и проводами, кстати — подключение, электрика это тоже деньги) позволят далеко не всем. Но если это группа художников от «Наших» или «МГЕР» — то запросто.
Abaddon: 1. можно увидеть согласованную схему проведения митинга?
Запросто.
Abaddon: Зачем митингующие хотели попасть в парк, если сцена совершенно в другом месте?
Ты там был, в том месте? Сходи посмотри. Улица перед сценой относительно небольшая, толпа заполнила ее достаточно быстро. Сквер был предназначен как раз для того, чтобы могли разместиться остальные. Но сквер перегородили, не согласовав перегораживание с демонстрантами. Есть признание об этом полицейского чина.
Abaddon: Почему часть людей спокойно прошла к сцене, а другая часть осталась на Б. Каменном, хотя на видео видно, что набережная и площадь перед сценой заполнены только наполовину?
Прошли, а потом вернулись назад, когда началось сидение. Потом Удальцов, устав сидеть, повел народ опять к сцене. Казалось бы — конфликт исчерпан. Но кто-то дает команду полиции хватать людей. Зачем? Хватают без разбора, кого придется. Ярость нарастает. Люди тащат заграждение-волчатник — защититься от нападающей на них полиции. Полиция начинает эту баррикаду самозащиты громить. Зачем? Полиция задерживает Удальцова и Навального на сцене. Зачем? Дальше началась уже вообще чисто карательная акция. Людей загнали в угол. Они защищали самих себя от полицейских, исполнявших преступный приказ. А самое главное «зачем» — почему не перегородить просто мост? Пройти к Кремлю будет невозможно. Никого не надо бить. Помитингуют и уйдут. Нет, этот конфликт спровоцирован властями. Им ссыкотно было допустить палаточный лагерь в Москве перед инаугурацией Путина.
Lych: Улица перед сценой относительно небольшая, толпа заполнила ее достаточно быстро.
Улица достаточной ширины для толпы, и эта ваша толпа не знала куда себя деть перед сценой в ожидании организаторов, которые и не собирались туда заявляться.
Lych: Сквер был предназначен как раз для того, чтобы могли разместиться остальные.
Сквер не был предназначен, для этих целей, о чём было оговорено и зафиксировано на этапе согласований.
Lych: Есть признание об этом полицейского чина.
Есть признание Жанны Агузаровой, что она с другой планеты… Многие верят.
Lych: Прошли, а потом вернулись назад, когда началось сидение. Потом Удальцов, устав сидеть, повел народ опять к сцене. Казалось бы — конфликт исчерпан.
Извините, просто нелепица. Или поясните подробнее.
Lych: Но кто-то дает команду полиции хватать людей. Зачем? Хватают без разбора, кого придется.
Кто-то, кто бы он ни был, даёт команду ликвидировать беспорядок устроенный организаторами мероприятия. Это ответ на вопрос — зачем. Хватают без разбора, что бы потом разобраться. Как вы представляете разбирательства на месте? Дальнейшие Ваши — зачем, имеют ответ — за тем же.
Lych: Людей загнали в угол. Они защищали самих себя от полицейских, исполнявших преступный приказ.
Лучше написать: взяли в кольцо и затянули петлю, женщин насиловали, детей съедали, мужчин стыдили. Есть признание об этом полицейского чина.
Lych: А самое главное «зачем» — почему не перегородить просто мост?
Это действительно главное «зачем». А за тем, что организаторы согласовали схему, по которой и выстроились силы правопорядка. Удобная позиция: согласовать одно, претендовать на другое, и вопить о нарушении своих прав.
Lych: Никого не надо бить. Помитингуют и уйдут.
Именно так и предполагали власти, позволяя устроителям использовать территорию Москвы временно и согласно регламенту.
Lych: Нет, этот конфликт спровоцирован властями.
Нет, конкретно этот конфликт спровоцирован не властями (заявляю с прискорбием и сожалением т. к. жду большой лажи от этой власти).
Lych: Им ссыкотно было допустить палаточный лагерь в Москве перед инаугурацией Путина.
Пожалуй соглашусь, но тогда становится понятна цель мероприятия, отнюдь не митинг, где «Помитингуют и уйдут.»
Не люблю, когда заголовки меняют. Мой был: «А теперь хотелось бы послушать начальника транспортного цеха».
Психологически популярность именно такого протеста вполне объяснима. Позиция называется — «мне все должны». Кто-то должен обеспечить жизнь, как в Европе. Большую зарплату, три машины в гараже и отпуск по пять раз в год на Канарах. Ведь мы этого достойны. Вместо этого приходится по двенадцать часов просиживать перед монитором, тащить на себе кучу кредитов и вылизывать, простите, пятую точку начальника отдела. О нем не напишешь в Фейсбуке, что он племянник директора фирмы, тупой как пробка и всем мешает. Зато можно написать про Путина. Можно выйти на площадь и крикнуть: «Мы здесь власть!». Хотя ваша власть — любой клерк рангом чуть выше, чем вы сами.
Но удобная позиция вечных контролеров и критиков, т. н. «гражданского общества», закончилась сразу, как на площади стали выходить не тысячи, а десятки тысяч человек. С большими массами уже надо было брать власть. Для этого, собственно, все и затевалось. Поскольку не получилось нахрапом сразу, то со временем начали вылезать все несовместимости двух позиций. Первая: я — гражданин, хочу контролировать власть, выньте да положьте, все мне должны, сделайте мне красиво. Вторая: я готов сам взять власть в свои руки и тогда я сам сделаю красиво и себе, и всем остальным. Первая позиция не нуждается ни в каких обоснованиях, как не нуждается в обоснованиях скандал возле кассы в супермаркете. Вторая позиция требует идеологии, стратегии, плана, коммуникаций с обществом. Ничего этого лидеры протеста за долгое время нам не продемонстрировали.
Сегодняшняя оппозиция очень неоднородна.
Есть наиболее заметная (благодаря наличию денег и медиа-ресурсов) часть единого либерального клана. Но в него входят люди, достаточно далекие от реальных российских проблем. И то, что их лидеры «спустили протест на тормозах», говорит как раз о том, что они ощутили свою чужеродность.
Вторая составляющая оппозиции — пока еще молчаливое большинство России, недовольные властями по социально-экономическим и патриотическим причинам. Пока их протест не оформлен организационно, — прежде всего, потому что государство прилагает максимальные усилия, не давая ему развиться.
Думаю, что следующая волна протеста будет уже социально-экономической. И пока политика федеральной власти ведет к тому, что он будет массовым.
А самое главное «зачем» — почему не перегородить просто мост? Пройти к Кремлю будет невозможно. Никого не надо бить. Помитингуют и уйдут.
Нет, этот конфликт спровоцирован властями. Им ссыкотно было допустить палаточный лагерь в Москве перед инаугурацией Путина.